Ястребиный клёкот Америки: о чём вещает советник Белого дома?

Политика

Догадки о дальнейших агрессивных планах Вашингтона в отношении России получают подтверждение из Вашингтона

Официальная внешнеполитическая риторика США, в части касающейся России и Украины, обычно становится тем более туманной, чем она ближе к конкретным планам вашингтонской администрации по этому поводу. Именно поэтому, для полной ясности, обычно приходится самому домысливать то, что у наших визави, вероятно, на уме и расставлять точки над i. Вот как, например, в этом случае.

Однако это всего лишь наше мнение о реальных американских намерениях, пусть даже разделяемое в России очень многими людьми. Поэтому всегда важно получать информацию на ту же тему от самого Вашингтона, причем информацию максимально конкретную и обстоятельную. И, похоже, иногда это становится возможным.

Не думаю, что Джонатан Файнер, первый заместитель помощника президента США по национальной безопасности, просто проговорился или сболтнул лишнего в своем интервью в ходе Аспенского форума безопасности. Слишком уж явно продуманность и адресность читалась в озвученных им «месседжах».

Уровень этого послания был явно сознательно занижен до не самой значительной должности его исполнителя с тем, чтобы московские адресаты восприняли оное не столько как прямой ультиматум, сколько как «информацию к размышлению».

«Мы бы хотели, чтобы в конце будущего года украинцы оказались на таких позициях, при которых России пришлось бы принимать решение: или они должны сесть за стол переговоров на условиях, приемлемых для Украины и опирающихся на Устав ООН, диктующий суверенитет и территориальную целостность Украины, всей территории Украины, или они будут иметь дело с более сильной Украиной, опирающейся на более мощную промышленную базу в США и Европе и внутри Украины, а также более способной вновь предпринять наступление… Потому что после 2024 года мы нарастим объемы производства своей военно-промышленной базы, мы работаем с украинцами, в том числе на конференции на этой неделе в Вашингтоне, чтобы нарастить объемы производства их военно-промышленной базы. То же самое делают европейские союзники США. И мы окажемся через год-полтора на гораздо более прочном фундаменте, нежели сейчас, – полагает советник американского лидера. – Это очень сложный стратегический выбор. Не знаю, что в конечном счете решат россияне. Но такую дилемму мы бы хотели для них создать… У нас есть политика, и мы очень ясно давали это понять: мы не поддерживаем, не обеспечиваем украинские удары внутри России. Мы также не думаем, что это играет ключевое значение в плане того, чтобы они добились успеха на поле боя».

Таким образом, циркулирующие в России догадки и опасения по поводу реальной и долговременной стратегии США на российском направлении получили детальное оформление пусть и не на самом высоком, но вполне официальном вашингтонском уровне. И по этим, как пишут в детективных романах, «вновь открывшимся обстоятельствам», мы вправе сделать вполне определённые выводы:

Первое: США, по крайней мере в лице нынешних правящих кругов этой страны, даже мысли не допускают об отказе от дальнейшей бескомпромиссной борьбы за свое мировое господство.

Второе: Украина для этих сил была и остается критической точкой данного противоборства. А её потеря не допускается ни при каких обстоятельствах, поскольку это, с их точки зрения, будет иметь фатальные последствия для глобальной гегемонии США.

Третье: все разговоры о «заморозке» конфликта и о «перемирии» на фронте со стороны Запада имеют сугубо служебный характер и преследуют только одну цель – выиграть время для создания перевеса военных сил в свою пользу.

Четвёртое: гипотетические договоренности об уступке России некоторых территорий бывшей Украинской ССР заведомо не имеют никакой юридической силы. И являются только способом обмана Москвы для придания необходимой Западу паузы некоторой видимости мирного урегулирования. В стиле пресловутых Минских соглашений 2015 года.

Пятое: основным и, по сути, единственным средством решения украинского вопроса в свою пользу, а в дальнейшем и всей глобальной кампании за удержание мирового господства Запада является его превосходящая военная сила, рамки и сроки накопления которой обозначены представителем Белого дома – конец 2024 года.

Шестое: указанный срок на самом деле совершенно невероятный, ибо слишком короткий. В течение одного года (при том что на этом пути не пройдена даже нулевая отметка) радикально нарастить военные возможности США и всего Запада не получится. Для этого, если подходить к этой теме всерьёз, а это многие триллионы долларов, требуется как минимум три года. Для достижения же полновесного результата – не менее пяти лет. Такие сжатые сроки являются явным указанием на попытку оказать на Москву психологическое давление.

Седьмое: никаких действительно конструктивных переговорных позиций для начала диалога с Россией о мирном урегулировании украинского кризиса Вашингтон не предусматривает. Косвенным тому подтверждением является отказ госсекретаря США Блинкена от контактов с министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым на полях заседания СМИД ОБСЕ в Скопье, несмотря на имевшуюся для такого диалога возможность и явную готовность России его поддержать.

Восьмое: США склоняются к открытому шантажу Москвы дальнейшим расширением военных действий, с переносом ударов в глубину территории РФ. Эта угроза явным образом озвучена Джонатаном Файнером, когда он говорит о том, что Белый дом не поддерживает украинские ракетные удары по российской территории. Такие темы обычно озвучиваются в тех случаях, когда хотят в завуалированной форме объявить противнику, что возможны и другие варианты.

Девятое: указанные намеки на расширение агрессии явно не случайно совпали с объявлением в США об успешных испытаниях новой оперативно-тактической ракеты PrSm с дальностью 400 км и перспективной увеличить ее радиус действия до тысячи км, о чём мы сообщали в предыдущей публикации.

Десятое: ключевым вопросом стартового этапа довооружения США и киевского режима является выделение свыше ста миллиардов долларов (в том числе на эти цели) из бюджета США. Именно поэтому реакция Белого дома на проблемы с этим законопроектом оказалась предельно истеричной в стиле трагикомического случая с бывшим министром обороны США Форрестолом, который, как говорят, сиганул из окна психбольницы с криком «Русские танки!».

Одиннадцатое: вопиющая наглость вышеуказанных американских «стратегических планов» и попытки диктовать России условия находятся в разительном дисбалансе с реальным положением дел на украинском поле боя, которое даже многими военными и политиками Запада рассматривается как преддверие полного поражения Киева.

Соответственно, это может иметь следующие мотивации:

либо перед нами очередное клиническое проявление американской болезни собственной исключительности, не позволяющей болящему адекватно оценивать окружающую действительность;

либо речь идёт о хорошей мине при плохой игре и о способе психологического давления с целью выиграть время до выборов президента США без особых имиджевых потерь;

либо, наконец, это заявка на то, что нынешний курс Америки будет продолжен независимо от внутриполитических обстоятельств, как единственно приемлемый для англосаксонской мировой империи в видах её безусловного сохранения практически любой ценой.



Последние статьи