Русские Крылатые «качели» или Почему наши летуны уже обеспечили нам победу

Политика

Мы с Венгром только приступили к распитию чаев, как начались недалекие прилеты. Хлипкий кухонный столик мелко задрожал. Венгр заулыбался: -Крылатые, как по часам, завтрак отрабатывают, приятно воевать стало… Комбат Венгр из ветеранов. В октябре 22-го его вместе с полком укропы прижали под Снегиревкой Николаевской области.

-Держались три дня, накрыть бы их тогда, как следует — они в чистом поле, как на параде шли… Но за неделю один раз двойка грачей прилетела, попыталась их накрыть, а потом сказали, что бомбы закончились…Вот так воевали с голой ж… А теперь хорошо, каждые два часа укропов утюгом по морде гладят…Чего мне спешить…

Венгра я знаю давно. Сейчас он комфортно, со вкусом устроился под Волчанском — где-то между Плетеневкой и позицией Терминал. Солдатики неторопливо копают сортир, батальонный повар (из узбеков) приволок огромный казан и собирается потчевать нас пловом. Чуть в стороне, не торопясь, тоже, очевидно, планово работает невидимая батальонная минометка — то есть пуляет сто двадцатые по мере обнаружения цели. Это тоже признак сытой жизни — боеприпаса значит выше крыши.

Впереди дымит городок, и в перерывах между налетами авиации слышен стрелковый треск. В эти дни, наконец, чуть распогодилось, накатывающаяся дневная жара располагает к спокойствию. Давно я не видел такого спокойного наступления. Видно, что пришли надолго. Так на передке обживаться умеет только пехота… Я демонстративно не задаю комбату вопросов по обстановке — это такие правила хорошего тона, захочет сам расскажет.

Хотя, собственно, что рассказывать, и так все ясно. Батальон Венгра успешно выполнил боевую задачу: вышел в указанный район, уничтожил противника и теперь занимает линию обороны. Через Волчанск протекает речка Волчья, с одного берега на другой есть две переправы. Так вот с утра мы их бомбим, к вечеру укропы налаживают понтоны. Которые на следующий день мы снова разносим.

Позиционный район, где все это происходит, не больше десяти километров — все отлично видно, авиация работает, как по учебнику. В город заходят две трассы и сливаются в одну на улице Соборной. Одна дорога на Харьков, вторая на Великий Бурлук (40 км) и дальше на Купянск (еще тридцать). Минометка Венгра спокойно накрывает этот пятак с того места, где мы чаевничаем. По дороге из Харькова укры тянут по ночам боеприпасы и эвакуацию, а из Купянска с неделю уже тащат живую силу.

— Концентрация, увы, маленькая, шашлычники еще ждут… — сокрушается Венгр и прихлебывает чай. Передних зубов у него нет, поэтому он немного шепелявит. Шашлычникам (это ТОС — тяжелая огнеметная система Солнцепек) по нормативам положено бить по большим скоплениям живой силы, вот и ждут они, пока противник накопится.

Отчего Венгр, очевидно, и мается. Но вообще батальон Венгра лишь один из передовых, которые держат Волчанск. Судя по благости, в которой он живет, это далеко не главное направление удара. В какой- то момент он понижает голос и шепчет мне: -Арту и технику гонят туда (показывает приблизительное направление ), тьма сколько гонят.

Вообще, явный интерес вызывает трасса Волчанск- Великий Бурлук- Купянск. Как только мы закончим зачищать северную часть Волчанска и перейдем в южную, то как раз выйдем на эту трассу, вдоль которой можно двигаться в спину всей оскольской группировки противника. Оборона укропов на Харьковском направлении строится на использовании населëнных пунктов в качестве укреплëнных районов.

Не случайно в районе Белого Колодезя и Приколотного укры концентрируют сейчас перебрасываемые с других направлений подкрепления. Очевидно рассчитывая, что мы упрëмся в эти посëлки. Но нашим нет в этом необходимости. Как только будет зачищена условная «наша» часть Волчанска, мы вполне можем плюнуть на оставшуюся- пусть себе сидят за речкой. Пройдя вдоль границы, где достаточно мало населëнных пунктов и они небольшие, мы просто будем двигаться на Великий Бурлук, заходя в тыл Купянска.

Фронт, долго стоявший под Купянском, не случайно сейчас зашевелился. Укры начали снимать оттуда подразделения и перебрасывать под Волчанск. Им никак нельзя допустить выхода наших войск на трассу Волчанск-Купянск. И здесь больше всего интересен момент, почему наши абсолютно не торопятся. Судя по расслабленному виду Венгра, начальство довольно достигнутыми результатами. Чтобы понять логику происходящего, стоит, наверное, еще немного порассуждать о действиях наших «Крылатых».

Начнем с того, что за те несколько часов, которые я провел на передке у Венгра, «Крылатые» отработали восемь раз. Причем несколько раз по вызову прилетели Грачи. Это означает, что у передовых батальонов есть прямая связь с фронтовой авиацией, и в случае необходимости в считанные минуты прилетают штурмовики.

Иными словами, где-то за Белгородом в постоянной боевой готовности находятся несколько авиационных полков (истребительных, бомбардировочных и штурмовых). И они поддерживают невероятно высокий уровень боевой работы — укров кошмарят и днем и ночью. Навскидку, несколько десятков вылетов в сутки только бомбардировочной авиации. Это означает, например, помимо хорошего настроения Венгра, что тот же Волчанск превращен в большой укромогильник — сколько туда войск не загоняй, их рано или поздно уничтожат утята или грачи, а остатки добьют минометчики.

Укры пытаются бороться с этим, запуская по Белгороду антирадарные ракеты, но район настолько плотно прикрыт нашей ПВО, что тут без шансов. Про свою ПВО они как-то замолчали — помните грозили перекинуть Патриот в Харьков. Иными словами, на земле небольшими силами при поддержке «Крылатых» мы можем очень даже неплохо сковывать довольно серьезные силы противника. Позволяя нашему командованию активно маневрировать.

Давайте вспомним: в СВО наши ВВС вошли примерно с 15 бомбардировочными эскадрильями. Сейчас по некоторым данным их уже 22. И поставлена задача довести до 30. Причем прогресс идет именно по линии новейших машин. До войны у нас, по разным оценкам, было 5 эскадрилий «утят» — Су-34. Сейчас 11. Еще раз подчеркну, оценки приблизительные, поскольку все, что связано с ВКС, это секретно. Оценки, которые я сейчас привожу, взяты из вражеских источников.

Больше всего их, кстати, беспокоит уровень боеспособности российской авиации. По мнению амеров, средний российский борт из авиационной группировки СВО совершает три вылета в день. Это означает не только высочайший класс пилотов, но и работу всех наземных служб по цепочке — от обслуживающего персонала до логистики. Врагов поражает минимальный уровень выхода нашей техники из строя.

При такой интенсивной эксплуатации условный американский борт (по инструкции) через несколько недель должен выводиться на завод для капитального обслуживания. Вражеская разведка не зафиксировала какой-то экстренный перегруз российских ремонтных заводов. При том, что уже восьмой месяц российские ВВС поддерживают указанный сверхвысокий уровень ежедневных боевых вылетов, и фиксируется ввод в строй новых подразделений. По их оценкам, с момента окончания контрнаступа наши вооруженные силы ввели в строй (отправили непосредственно на фронт) как минимум пять новых эскадрилий. То есть сформированных с нуля.

Стратегически враги оценивают плотность авиакрыла на всем протяжении линии фронта с коэффициентом 1,3 (кто понимает, дорогие читатели, объясните, пожалуйста, что имеется в виду). И это речь только о горизонтальных «Крылатых», а ведь есть еще и так называемые вертикальные. Но о них поговорим в другой раз. Одновременно враги подчеркивают практически стопроцентное прикрытие позиционного района авиации силами ПВО.

За время проведения нашего наступления (с октября прошлого года) укры не смогли ни разу нанести сколь-нибудь серьезный урон местам базирования нашей авиации. Хотя очень пытались. Амеры оценивают степень организации всей полевой структуры ВВС-ПВО, как «недостижимую» для современных сил США.

Здесь я хочу добавить от себя. Специалисты знают, что самым сложным видом бизнеса считаются именно авиаперевозки и содержание больших аэропортов. Соответственно состояние ВВС — это показатель здоровья всех вооруженных сил страны. Иными словами, если ВВС у нас таковы, то все остальные виды не могут быть хуже просто по определению.

При этом заклятые партнеры четко фиксируют, что предел роста еще не достигнут. ВВС России находятся в своем развитии — до пика еще далеко. Если переложить эти цифры на то, что я видел под Волчанском, это означает, что мы в принципе можем воевать на некоторых направлениями одними ВВС, а батальоны на земле просто будут добивать остатки укропов. То есть преимущество на фронте однозначно за нами. Об этом, кстати, говорят и действия нашего политического руководства. Здесь давайте кратко пройдемся по основным индикаторам.

Если команда ВВП затеяла такие изменения в МО, то это означает, что наше руководство чувствует себя очень уверенно. Второй момент. «Путинские технократы» однозначно поняли, что война в таком режиме — это неплохой драйвер развития экономики страны (помимо всех прочих политических выгод), и поэтому хотят выжать максимум. Приход нового руководства в Минобороны с одновременными антикоррупционными чистками очень напоминает подготовку к серьезным экономическим реформам.

Иными словами, теперь Министерство обороны это ведомство, которое также отвечает за экономические показатели — то есть часть экономического блока, а не только силового. Чисто в политическом плане это может означать, что наши будут «вертеть хвостами» (беспокоиться о легитимности Гитлера Зеленского, устраивать истерики в Совбезе, ядерные учения проводить) и воевать при этом, особо не напрягаясь, до последнего укропа.

И не случайны все эти истеричные атаки Запада — удары по станциям наблюдения, обстрел наших территорий своим оружием, даже угроза прибалтийского вторжения). Все это фол последней надежды — хоть как-то заставить нас сесть за стол переговоров. Но, как говорит Венгр — теперь воевать стало приятно…

Военкор Марат Хайруллин


Последние статьи